Былое и грабли, часть 4
Feb. 10th, 2012 07:16 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
hohkeppelВ конце концов я пришла к закономерному выводу - пишу я все это для себя, о себе, дневник мой, нравиться я никому не обязана, и виртуальный мир мне ничего не должен. Равно как и я ему. Поэтому пора мне уже перестать оправдываться и за многословие, и за тематику, и за - какие там еще приседания в сторону аудитории я успела сделать? :) Кому неинтересно - под кат не пойдет, а кому интересно - мои оправдания не нужны, ну логиш это или не логиш? И почему меня этим простым рассуждением так редко осеняет?!
Мне кажется (ключевые слова – «мне» и «кажется»), самое сложное в воспитании – это та невидимая грань между диктатурой и анархией. Где заканчивается нормальный интерес к жизни ребенка и начинается попытка эту жизнь подмять под себя – под свои личные представления о счастье, о том, что считать нормой, а что – отклонением? Как найти нужное именно этому конкретному ребенку расстояние между ним и родителем и как его, это расстояние, в зависимости от развития событий и ребенка, менять? Как не подойти слишком близко и когда вообще начать уходить? Как проявлять уважение к личности, но при этом вовремя схватить дитя за шаловливую ручонку, куда может попасть не только стыренная со стола конфетка, но и сигарета, шприц, да мало ли еще что? А что будет, если не хватать, а только лишь гундеть фоном про хорошо и плохо, да подсовывать правильные книжки? Или не только хватать, но и безжалостно драть неподходящими предметами – в острастку или профилактически? Где список педагогических приемов, универсальный для всех и рекомендованный Министерством какого-нибудь развития?
Если вы можете уверенно ответить на все эти вопросы, дайте знать.Забаню. Хотя мне кажется, ответов на них нет и быть не может, несмотря на существование науки педагогики: со своим личным ребенком – каждый сам себе макаренко, и что экстраверту здорово - интроверту смерть.
Даже в ретроспективе я не могу понять, какое мое действие-бездействие привело к тому или иному долгосрочному результату, и как его, этот результат, оценивать – и надо ли?
Но вернемся к неторопливому и насыщенному ненужными подробностями рассказу о моих личныхдетях проектах – Проект Л вступает в предподростковый период, Проект Ф готовится к зачатию.
А было это так.
Будущий папа Проекта Ф оказался большим и надежным, как вековой утес в бурном житейском море, Проект Л был совершенно покорен, и это несмотря на высокий языковой барьер. Надо сказать, что Проект Л к тому времени не раз побывал за границей, насмотрелся и нахватался, поэтому вел себя достойно, не падал в обморок от изобилия продуктов, демонстрировал умение пользоваться ножом и вилкой и добровольно лез в объятия к соискателю, лопоча русские слова на английский манер. К концу отпускной недели стало ясно, что международная ячейка общества может-таки состояться, если удастся придумать, как обойти бюрократию с ее формальностями и документами. К тому же чувства проекта Л в конце концов передались и мне – плюсов было много: мужчина умен, хорошо образован, щедр без показухи, в то же время трезв и практичен, заботится обо всех, о ком должен и не должен, не страдает алкоголизмом и всяческими зависимостями, а самое-то главное – покорил сердце Проекта Л. Ну и не сказать, чтоб совсем урод собой, хотя, конечно, внутренний мир гораздо важнее, неспа?
Тут придется вставить побочный сюжет на тему «кто хочет, тот найдет». Иначе невозможно объяснить появление Проекта Ф и все дальнейшиебезобразия события, в том числе и продолжение воспитания и образования Проекта Л в наипрекраснейшем городе Праге.
Нет, в тот раз я не осталась нелегально в столице бывшей Чехословакии, не устроилась стриптизершей или кем поинтересней, не купила недвижимость на деньги русской мафии и вообще ничего противозаконного не натворила. Мы с Проектом Л, обливаясь слезами, отбыли обратно на родину, но общение с будущим папой Проекта Ф перешло на новый уровень и приобрело вполне конкретные очертания.
Законный брак нам не грозил, ибо мексиканская канадка, по слухам, обещала до развода родить дитя и поспособствовать получению канадского гражданства немецким мужем. Грандиозный план заключался в том, чтобы дождаться от нее выполнения вышеперечисленных обязательств, развода и воссоединиться в Канаде счастливой и дружной семьей, где я, в силу свободного владения английским языком, без проблем найду работу и вообще – праздник, хэппи энд, танцуют все.
Случилось же, как обычно, все не так. Господь вкупе с мирозданием еще тогда любили над моими планами посмеяться, я просто об этом мало задумывалась. Я вообще мало задумывалась, мной правили какие-то эмоции, инстинкты и чувство смутного недовольства жизнью, к тому же вступил в действие механизм «и понеслось».
В последний день нашей первой судьбоносной встречи в Праге шли мы по улице эдакой обычного вида семьей, мама-папа-я, беседовали о чем-то, кручинясь предстоящей разлуке, и вдруг – как это обычно бывает в романах и фильмах – глаз зацепило объявление на газетном киоске, коих в центре Праге полно. «Помогу официально иммигрировать в Чехию!», - так или как-то так значилось не помню на каком языке в этом объявлении, а дальше – адрес и телефон адвокатской конторы, как оказалось, на соседней улице. Куда мы немедленно и отправились, из чистого любопытства и нечего делать.
Совершенно случайно сам адвокат оказался на месте и тут же нас принял, совершенно случайно адвокат говорил на хорошем немецком и сносном русском, и совершенно случайно специализировался на открытии малых фирм в Чехии с получением иностранными учредителями вида на жительство - за небольшую мзду. Будущий папа проекта Ф чрезвычайно заинтересовался перспективами, оживленно побеседовал с адвокатом на тогда еще незнакомом мне немецком и черновой план по переезду меня и Проекта Л в Прагу – исключительно на переходный период до Канады - был готов уже через час.
После чего события развернулись стремительно и в разные стороны.
По возвращении в родной офис я радостно показала боссу подарок жениха и заявление об увольнении, предварительно списавшись с какой-то языковой школой в Праге, коей требовались преподаватели английского для взрослых. Примерно в это же время у будущего папы проекта Ф досрочно родился свой собственный проект Д, в связи с чем счастливый отец вылетел в Канаду, при этом настаивая, что планы не поменялись, а жена в курсе происходящего и очень за нас рада. Чуть-чуть хронометража: первая встреча в Праге состоялась в начале января, канадский Проект Д. родился в конце того же января, в середине февраля истек обязательный месяц от подачи заявления на увольнение с работы до, собственно, увольнения, и в начале марта, с одним чемоданом и временно без Проекта Л, которому надлежало в мае закончить третий класс и уже потом воссоединиться с нами в Праге, я вылетела в Чехию. Выдох, конец предложения.
Визы, как мы помним, гражданам России не требовалось, но эти ворота медленно и со скрипом закрывались. Я успела.
В кармане у меня было приглашение на интервью той самой языковой школы, не слишком новый загранпаспорт и осторожные рекомендации с бывшего места работы. Номер в гостинице и билет был заказан и оплачен вернувшимся из Канады будущим папой Проекта Ф, и совесть меня вовсе не мучала – любовь же! Все казалось «голубым и зеленым», и ни разу не шевельнулась мысль о том, что это – навсегда, что домой к маме с папой я уже не вернусь, что «нет ничего более постоянного, чем временное» и прочие трезвости. Как бы все это было понарошку, сценарий игрового фильма, да и не со мной в главной роли.
В течение примерно двух недель после моего прибытия в Прагу была снята прекрасная меблированная квартира в доме с садом в округе номер 6, меня взяли на работу в ту самую языковую школу, причем самым хитрым образом - с помощью январского адвоката была оформлена международная контора «Рога и копыта», согласно уставу которой я оказывала преподавательские услуги языковой школе, а будущий папа Проекта Ф – туманные консультационные ей же. Поэтому мне как солидному предпринимателю после некоторой волокиты дали вид на жительство – хотя и пришлось сдать экзамен на владение чешским языком. Врать не буду, языком за полгода я успела овладеть на уровне «моя твоя понимай немножко», но этого оказалось, к моему удивлению, достаточно.
В мае я слетала в Москву и забрала оттуда моего собственного папу, сопровождающее лицо Проекта Л, и, конечно же, сам Проект Л. Каким-то чудесным образом, то есть с помощью кучи денег, об источнике которых я тогда предпочитала не задумываться – деньги брались из банкомата, вот он, капиталистический рай! – Проект Л был устроен в роскошную частную школу. Международная Пражская Школа, так она называлась, причем называлась по-английски, и учились там, как выяснилось с началом учебного года, сплошь дети дипломатов,пулеметов и новых русских с украинцами.
Будущий папа Проекта Ф был на ту пору в средствах не стеснен, жмотством не отличался, вел себя более чем благородно во всех отношениях и тем более неожиданным стало письмо его канадской жены, адресованное почему-то мне. (Я, конечно, стараюсь придерживаться изначально заявленной темы о воспитании, но ее океанская безбрежность и обрастание подробностями пугает даже меня саму. ) Вскрылись некоторые неприятные детали, как то: канадская жена была вовсе даже не в курсе своего бывшего статуса, обо мне узнала в ходе контрольной проверки телефонных счетов и взлома почтового ящика мужа, и надо ли говорить, как ей это все не понравилось?
Здесь самое время перескочить на несколько лет вперед и радостно заверить читателя, что все кончилось хорошо. Из Мексики не приехал наемный убийца с брутальными усами и кинжалом, меня не прокляли страшными словами на десять колен вперед, и похоже, иголок в восковую куколку тоже не втыкали, потому что в итоге все мы перезнакомились, передружились и пару раз встречались лично. Обошлось без публичного выдирания волос и истеричного визга. Проект Д, их совместное детище, давно живет с папой в Германии, имея с проектом Ф самые нежные братско-сестринские отношения, и периодически этот ребенок, которому на днях стукнуло 13 лет, проводит у нас выходные. Но это уже совсем другая история.
Итак, Проект Л пошел в элитную английскую школу, зная по-английски три с половиной слова, быстро приспособился к окружаюшей среде, подружился с украинской девочкой и сыном сингапурского посла в Чехии, получил свою собственную комнату с балконом, и жизнь постепенно наладилась до такой степени, что тот пражский период можно официально считать радужно-счастливым.
Я преподавала английский чешским бизнесменам – моя школа имела договоры со Шкодой, Реемстмой, Кодаком и крупнейшим поставщиком мобильной связи фирмой Евротел. Будущий папа Проекта Ф курсировал между Германией и Чехией, работал фрилансером-консультантом в банковской сфере и неплохо зарабатывал, хватало на две семьи. Проект Л в нем по-прежнему души не чаял, быстро выучился английскому языку, чтобы иметь возможность встревать в наши разговоры и даже продолжал учиться музыке, хотя пианино в доме так и не появилось.
Благодаря моей работе, мы как-то незаметно и молниеносно обросли знакомыми и друзьями, практически все общались с нами по-английски, помимо школы я еще давала частные уроки и занималась, по старой памяти, переводами. Скучно не было, ностальгия не мучала, в гости часто приезжали то моя мама, то папа. Да и вообще в те благословенные времена кто только не приезжал со мной дружить! У нас была просторная гостевая комната, и за два года в ней перебывало не меньше пары дюжины гостей, она вообще редко пустовала, эта комната. Будущий папа проекта Ф ко всем визитерам относился очень радушно и благосклонно, Проект Л воспитывался в расслабленной европейской атмосфере, и даже ее родной папа однажды почтил нас своим посещением и выгулял ребенка по Праге.
Мне кажется (ключевые слова – «мне» и «кажется»), самое сложное в воспитании – это та невидимая грань между диктатурой и анархией. Где заканчивается нормальный интерес к жизни ребенка и начинается попытка эту жизнь подмять под себя – под свои личные представления о счастье, о том, что считать нормой, а что – отклонением? Как найти нужное именно этому конкретному ребенку расстояние между ним и родителем и как его, это расстояние, в зависимости от развития событий и ребенка, менять? Как не подойти слишком близко и когда вообще начать уходить? Как проявлять уважение к личности, но при этом вовремя схватить дитя за шаловливую ручонку, куда может попасть не только стыренная со стола конфетка, но и сигарета, шприц, да мало ли еще что? А что будет, если не хватать, а только лишь гундеть фоном про хорошо и плохо, да подсовывать правильные книжки? Или не только хватать, но и безжалостно драть неподходящими предметами – в острастку или профилактически? Где список педагогических приемов, универсальный для всех и рекомендованный Министерством какого-нибудь развития?
Если вы можете уверенно ответить на все эти вопросы, дайте знать.
Даже в ретроспективе я не могу понять, какое мое действие-бездействие привело к тому или иному долгосрочному результату, и как его, этот результат, оценивать – и надо ли?
Но вернемся к неторопливому и насыщенному ненужными подробностями рассказу о моих личных
А было это так.
Будущий папа Проекта Ф оказался большим и надежным, как вековой утес в бурном житейском море, Проект Л был совершенно покорен, и это несмотря на высокий языковой барьер. Надо сказать, что Проект Л к тому времени не раз побывал за границей, насмотрелся и нахватался, поэтому вел себя достойно, не падал в обморок от изобилия продуктов, демонстрировал умение пользоваться ножом и вилкой и добровольно лез в объятия к соискателю, лопоча русские слова на английский манер. К концу отпускной недели стало ясно, что международная ячейка общества может-таки состояться, если удастся придумать, как обойти бюрократию с ее формальностями и документами. К тому же чувства проекта Л в конце концов передались и мне – плюсов было много: мужчина умен, хорошо образован, щедр без показухи, в то же время трезв и практичен, заботится обо всех, о ком должен и не должен, не страдает алкоголизмом и всяческими зависимостями, а самое-то главное – покорил сердце Проекта Л. Ну и не сказать, чтоб совсем урод собой, хотя, конечно, внутренний мир гораздо важнее, неспа?
Тут придется вставить побочный сюжет на тему «кто хочет, тот найдет». Иначе невозможно объяснить появление Проекта Ф и все дальнейшие
Нет, в тот раз я не осталась нелегально в столице бывшей Чехословакии, не устроилась стриптизершей или кем поинтересней, не купила недвижимость на деньги русской мафии и вообще ничего противозаконного не натворила. Мы с Проектом Л, обливаясь слезами, отбыли обратно на родину, но общение с будущим папой Проекта Ф перешло на новый уровень и приобрело вполне конкретные очертания.
Законный брак нам не грозил, ибо мексиканская канадка, по слухам, обещала до развода родить дитя и поспособствовать получению канадского гражданства немецким мужем. Грандиозный план заключался в том, чтобы дождаться от нее выполнения вышеперечисленных обязательств, развода и воссоединиться в Канаде счастливой и дружной семьей, где я, в силу свободного владения английским языком, без проблем найду работу и вообще – праздник, хэппи энд, танцуют все.
Случилось же, как обычно, все не так. Господь вкупе с мирозданием еще тогда любили над моими планами посмеяться, я просто об этом мало задумывалась. Я вообще мало задумывалась, мной правили какие-то эмоции, инстинкты и чувство смутного недовольства жизнью, к тому же вступил в действие механизм «и понеслось».
В последний день нашей первой судьбоносной встречи в Праге шли мы по улице эдакой обычного вида семьей, мама-папа-я, беседовали о чем-то, кручинясь предстоящей разлуке, и вдруг – как это обычно бывает в романах и фильмах – глаз зацепило объявление на газетном киоске, коих в центре Праге полно. «Помогу официально иммигрировать в Чехию!», - так или как-то так значилось не помню на каком языке в этом объявлении, а дальше – адрес и телефон адвокатской конторы, как оказалось, на соседней улице. Куда мы немедленно и отправились, из чистого любопытства и нечего делать.
Совершенно случайно сам адвокат оказался на месте и тут же нас принял, совершенно случайно адвокат говорил на хорошем немецком и сносном русском, и совершенно случайно специализировался на открытии малых фирм в Чехии с получением иностранными учредителями вида на жительство - за небольшую мзду. Будущий папа проекта Ф чрезвычайно заинтересовался перспективами, оживленно побеседовал с адвокатом на тогда еще незнакомом мне немецком и черновой план по переезду меня и Проекта Л в Прагу – исключительно на переходный период до Канады - был готов уже через час.
После чего события развернулись стремительно и в разные стороны.
По возвращении в родной офис я радостно показала боссу подарок жениха и заявление об увольнении, предварительно списавшись с какой-то языковой школой в Праге, коей требовались преподаватели английского для взрослых. Примерно в это же время у будущего папы проекта Ф досрочно родился свой собственный проект Д, в связи с чем счастливый отец вылетел в Канаду, при этом настаивая, что планы не поменялись, а жена в курсе происходящего и очень за нас рада. Чуть-чуть хронометража: первая встреча в Праге состоялась в начале января, канадский Проект Д. родился в конце того же января, в середине февраля истек обязательный месяц от подачи заявления на увольнение с работы до, собственно, увольнения, и в начале марта, с одним чемоданом и временно без Проекта Л, которому надлежало в мае закончить третий класс и уже потом воссоединиться с нами в Праге, я вылетела в Чехию. Выдох, конец предложения.
Визы, как мы помним, гражданам России не требовалось, но эти ворота медленно и со скрипом закрывались. Я успела.
В кармане у меня было приглашение на интервью той самой языковой школы, не слишком новый загранпаспорт и осторожные рекомендации с бывшего места работы. Номер в гостинице и билет был заказан и оплачен вернувшимся из Канады будущим папой Проекта Ф, и совесть меня вовсе не мучала – любовь же! Все казалось «голубым и зеленым», и ни разу не шевельнулась мысль о том, что это – навсегда, что домой к маме с папой я уже не вернусь, что «нет ничего более постоянного, чем временное» и прочие трезвости. Как бы все это было понарошку, сценарий игрового фильма, да и не со мной в главной роли.
В течение примерно двух недель после моего прибытия в Прагу была снята прекрасная меблированная квартира в доме с садом в округе номер 6, меня взяли на работу в ту самую языковую школу, причем самым хитрым образом - с помощью январского адвоката была оформлена международная контора «Рога и копыта», согласно уставу которой я оказывала преподавательские услуги языковой школе, а будущий папа Проекта Ф – туманные консультационные ей же. Поэтому мне как солидному предпринимателю после некоторой волокиты дали вид на жительство – хотя и пришлось сдать экзамен на владение чешским языком. Врать не буду, языком за полгода я успела овладеть на уровне «моя твоя понимай немножко», но этого оказалось, к моему удивлению, достаточно.
В мае я слетала в Москву и забрала оттуда моего собственного папу, сопровождающее лицо Проекта Л, и, конечно же, сам Проект Л. Каким-то чудесным образом, то есть с помощью кучи денег, об источнике которых я тогда предпочитала не задумываться – деньги брались из банкомата, вот он, капиталистический рай! – Проект Л был устроен в роскошную частную школу. Международная Пражская Школа, так она называлась, причем называлась по-английски, и учились там, как выяснилось с началом учебного года, сплошь дети дипломатов,
Будущий папа Проекта Ф был на ту пору в средствах не стеснен, жмотством не отличался, вел себя более чем благородно во всех отношениях и тем более неожиданным стало письмо его канадской жены, адресованное почему-то мне. (Я, конечно, стараюсь придерживаться изначально заявленной темы о воспитании, но ее океанская безбрежность и обрастание подробностями пугает даже меня саму. ) Вскрылись некоторые неприятные детали, как то: канадская жена была вовсе даже не в курсе своего бывшего статуса, обо мне узнала в ходе контрольной проверки телефонных счетов и взлома почтового ящика мужа, и надо ли говорить, как ей это все не понравилось?
Здесь самое время перескочить на несколько лет вперед и радостно заверить читателя, что все кончилось хорошо. Из Мексики не приехал наемный убийца с брутальными усами и кинжалом, меня не прокляли страшными словами на десять колен вперед, и похоже, иголок в восковую куколку тоже не втыкали, потому что в итоге все мы перезнакомились, передружились и пару раз встречались лично. Обошлось без публичного выдирания волос и истеричного визга. Проект Д, их совместное детище, давно живет с папой в Германии, имея с проектом Ф самые нежные братско-сестринские отношения, и периодически этот ребенок, которому на днях стукнуло 13 лет, проводит у нас выходные. Но это уже совсем другая история.
Итак, Проект Л пошел в элитную английскую школу, зная по-английски три с половиной слова, быстро приспособился к окружаюшей среде, подружился с украинской девочкой и сыном сингапурского посла в Чехии, получил свою собственную комнату с балконом, и жизнь постепенно наладилась до такой степени, что тот пражский период можно официально считать радужно-счастливым.
Я преподавала английский чешским бизнесменам – моя школа имела договоры со Шкодой, Реемстмой, Кодаком и крупнейшим поставщиком мобильной связи фирмой Евротел. Будущий папа Проекта Ф курсировал между Германией и Чехией, работал фрилансером-консультантом в банковской сфере и неплохо зарабатывал, хватало на две семьи. Проект Л в нем по-прежнему души не чаял, быстро выучился английскому языку, чтобы иметь возможность встревать в наши разговоры и даже продолжал учиться музыке, хотя пианино в доме так и не появилось.
Благодаря моей работе, мы как-то незаметно и молниеносно обросли знакомыми и друзьями, практически все общались с нами по-английски, помимо школы я еще давала частные уроки и занималась, по старой памяти, переводами. Скучно не было, ностальгия не мучала, в гости часто приезжали то моя мама, то папа. Да и вообще в те благословенные времена кто только не приезжал со мной дружить! У нас была просторная гостевая комната, и за два года в ней перебывало не меньше пары дюжины гостей, она вообще редко пустовала, эта комната. Будущий папа проекта Ф ко всем визитерам относился очень радушно и благосклонно, Проект Л воспитывался в расслабленной европейской атмосфере, и даже ее родной папа однажды почтил нас своим посещением и выгулял ребенка по Праге.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2012-02-10 05:19 pm (UTC)no subject
Date: 2012-02-11 03:35 pm (UTC)no subject
Date: 2012-02-11 03:56 pm (UTC)no subject
Date: 2012-02-11 07:26 pm (UTC)А так вообще - все то же самое. Сидеть тихо, запрокинув голову и стараться ни о чем не думать - вот и все, что я могу. Сейчас я вот в страхе некотором, таблетки же уже в любом случае нельзя. Все утешали, что в беременность реже, вроде и правда реже, но зато сразу на двое суток. Вроде несильно, вроде параллельно что-то можно делать, но часиков через 15-20 всякому терпению уже приходит конец, особенно когда заснуть не удается.
Вот, нашла жилетку поплакать ))